Мы страдаем, потому что привязаны к представлению о том, какими являются вещи и какими они могли бы быть. Печаль часть нашего повседневного существования. Однако мы редко позволяем себе переживать душевное страдание, которое один человек назвал «глубинным плачем, скорбью обо всем, что мы оставили позади».

Моя знакомая, вспоминая тот день, когда ее рак был признан неизлечимым, сказала: «Неизлечимость болезни наконец-то дала мне понять, что смерть реальна. Это не гарантировало того, что я умру в течение полугода, и даже того, что я умру раньше, чем доктор, поставивший мне диагноз. Я просто поняла, что вообще умру». В обществе, которое основано на приобретении материальных благ, которое рассматривает человека как тело, которое почитает здоровье таким ценным, а смерть такой страшной, трудно понять, что смерть – естественное, даже необходимое продолжение жизни, как внешней, так и внутренней.

В «Египетской книге мертвых» есть длинные рассказы о том, как духи почивших спускаются в преисподнюю, где встречаются с Великим Судьей, который взвешивает их сердца, положив на одну чашу весов сердце, а на другую перо. Это перо истины. Услышав эту легенду, невольно задумаешься, чье сердце по легкости может сравниться с пером истины.

Семьдесят пять процентов людей испускают свой последний вздох в больнице или приюте. Большинство из них умирают в заведении, в котором смерть почитается врагом. Я неоднократно убеждался, что многие приближаются к смерти в физической и духовной изоляции, что им редко предлагают открыться своему страху и предубеждениям, что они при этом находятся вдали от людей, близких по крови и духу, которые могли бы разделить с ними это бесценное мгновение. Не доверяя своей внутренней природе, оказавшись изолированными от жизни, они входят в другую сферу бытия с болезненным чувством опасности и смятения.